• Топорина Екатерина Алексеевна
  • 2012
  • 25

Эстетические проблемы интерпретации классической литературы в контексте современного художественного процесса автореферат диссертации для написания диплома, курсовой работы, тема для доклада и реферата

Эстетические проблемы интерпретации классической литературы в контексте современного художественного процесса - темы дипломов, курсовиков, рефератов и докладов Ознакомиться с текстом работы
Специальность ВАК РФ: 09.00.04 — Эстетика
  • Реферун рекомендует следующие темы дипломов:
  • Современная нотация и актуальные проблемы музыкознания
  • Реферун советует написать курсовую работу на тему:
  • Современная теоретическая мысль о нотной записи
  • Реферун советует написать реферат на тему:
  • Нотная запись и музыкальное мышление
  • Реферун предлагает написать доклад на тему:
  • Содержание процесса культурного отчуждения молодежи в России и конкретные формы его развития
  • Образование как форма социального бытия информационного общества
Поделиться с друзьями:

Полный текст автореферата диссертации Топорина Екатерина Алексеевна, 2012, 09.00.04 — Эстетика

005009299

На правах рукописи

ТОПОРИНА Екатерина Алексеевна

Эстетические проблемы интерпретации классической литературы в контексте современного художественного процесса

Специальность 09.00.04 - Эстетика

АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата философских наук

2 0Е8 Ш

Москва-2012

005009299

Работа выполнена на кафедре эстетики философского факультета Московского государственного университета имени М.В. Ломоносова

Научный руководитель: кандидат философских наук, доцент

Хоминская Валентина Максимовна

Официальные оппоненты: доктор философских наук, профессор

Самохвалова Вера Ильинична

кандидат философских наук, доцент Пименова Жанна Викторовна

Ведущая организация: Российский государственный

университет инновационных технологий и предпринимательства, кафедра философии

Защита диссертации состоится МкМт 012 года в /ед на заседании Диссертационного совета Д 501.001.83 по философским наукам при Московском государственном университете имени М.В. Ломоносова по адресу: 119991, ГСП-1, г. Москва, Ломоносовский проспект, д.27, корпус 4, Шуваловский учебный корпус, философский факультет, аудитория А-518.

С диссертацией можно ознакомиться в читальном зале отдела Научной библиотеки МГУ имени М.В. Ломоносова в Шуваловском учебном корпусе по адресу: Москва, Ломоносовский проспект, д.27, корпус 4, сектор «Б», 3 этаж, к.ЗОО.

Автореферат разослан » •Att^ij^ 2012 года. Ученый секретарь Диссертационного совета

кандидат философских наук, доцент Кондратьев Е.А.

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ДИССЕРТАЦИИ

Актуальность темы диссертационного исследования обусловлена существенными изменениями в современной художественной культуре, новыми тенденциями её развития, связанными с глобальной универсализацией всех сфер жизнедеятельности (экономической, технологической, социальной, художественной). Этот процесс характеризуется изменением ценностных ориентации, утратой значения духовных, нравственных и эстетических ценностей в культуре вообще и в искусстве, в частности. В этих условиях с особой остротой встаёт вопрос сохранения самобытности, своеобразия, уникальности собственного социокультурного пространства, выстраивания его ценностных приоритетов.

Несомненным хранителем традиционных для отечественной культуры духовных ценностей является классическое искусство и, прежде всего, великая русская литература XIX века как культурно-эстетический и духовный феномен.

Как показывает современная практика, несмотря на безудержное распространение продукции массовой культуры, в обществе не утратился интерес к классическому искусству как «последнему прибежищу» в период очевидного духовного кризиса. Поэтому в современных условиях модификации и переосмысления традиционных художественных форм, изменения представлений о критериях художественности интерпретация классики приобрела особую значимость.

Художественная практика современного прочтения классической литературы, которая сегодня характеризуется многочисленными творческими экспериментами, поисками оригинальных решений, нуждается в осмыслении и теоретическом исследовании. И одновременно ставит актуально значимые вопросы о том, что привлекает к классике постановщиков сегодня, каковы эстетические установки интерпретаторов

классического наследия, насколько современное истолкование сопрягается с глубинным смыслом произведений классической литературы.

Классические творения, занимая особое место в мировой культурной жизни, диктуют необходимость рассмотрения их современных прочтений не только с позиции соответствия первоисточникам, определения контекста их создания, постижения и понимания смыслов. Сложность и принципиальная многозначность классического литературного текста предполагают также необходимость анализа его истолкования с точки зрения актуальности в современном художественном пространстве.

Степень разработанности проблемы.

Современные художественные опыты обращения к классической литературе в театре, кино, на телевидении вызывают необходимость их теоретического анализа, основой которого должна быть сама проблема интерпретации классического текста, предполагающая рассмотрение таких феноменов, исследуемых герменевтикой, как текст литературного произведения, понимание, контекст, традиция, диалог, роль читателя.

Эстетический анализ художественной интерпретации литературного текста требует внимания к историческому срезу проблемы. Она ведет свои истоки от самостоятельной дисциплины - герменевтики, зародившейся в античной Греции, оформленной в XIX веке Ф. Шлейермахером1 и получившей дальнейшее развитие в работах М.Хайдеггера, П. Рикера, Г.Г. Гадамера2, которые высказали мысль об онтологичности герменевтики. Они расширили ее поле влияния от толкования текстов до интерпретации бытия человека в целом.

Сама проблема толкования в XX веке приобретет новый оттенок, связанный с незавершенностью произведения.

1 Шлейермахер Ф. Герменевтика. СПб., 2004.

1 Рикер П. Герменевтика. Этика. Полигака М., 1995; Рикер П. Конфликт интерпретаций.

М., 1995; Хайдеггер М. Феноменология. Герменевтика. Философия языка. М., 1993; Хайдеггер М. Бьггие и время. М., 2003; Гадамер Г.Г. Истина и метод: Основы философской герменевтики. М., 1988; Гадамер Г.Г. Актуальность прекрасного. М„ 1991.

В этом смысле продуктивным для развития темы диссертации представляется подход Ю.М. Лотмана3, согласно которому текст исполняет не только функцию общей памяти коллектива, но и генерирует смысл, нуждаясь в собеседнике. Автор диссертации обращается также к концепции диалогичности М.М. Бахтина4 и теории открытого произведения У.Эко5.

Для теоретико-эстетического анализа особенностей интерпретации классической литературы в современной художественной практике важное значение имели философско-эстетические исследования, в которых рассматриваются общие вопросы теории интерпретации6 и проблемы художественной интерпретации7.

Специфика диссертационной работы определила необходимость обращения к исследованиям, в которых рассматривается понятие классики

3 Лотман Ю.М. Чему учатся люди. Статьи и заметки. М., 2010; Лотман Ю.М. Об искусстве. СПб., 1998; Лотман Ю.М. История и типология русской культуры. СПб., 2002; Лотман Ю.М. Культура и взрыв. М., 1992; Лотман Ю.М. Избранные статьи. Т. 1. Таллинн, 1992.

4 Бахтин М.М. Эстетика словесного творчества. М., 1979; Бахтин М.М. Проблемы поэтики Достоевского. М., 1979.

Эко У. Открытое произведение. СПб., 2004; Эко У. Отсутствующая структура. Введение в семиологию. СПб., 1998; Эко У. Роль читателя: Исследования по семиотике текста. СПб., 2005.

6 Барт Р. Избранные работы: Семиотика. Поэтика. М., 1994; Рикер П. Конфликт интерпретаций. М., 2002; Рикер П. Герменевтика. Этика, Политика. М., 1995; Рикер П. Время и рассказ. М., СПб., 1998; Кузнецов В.Г. Герменевтика и гуманитарное познание. М., 1991; Кузнецов В.Г. Русская герменевтика, или прерванный полет (опыт интерпретации философии Густава Шпета) // Интернет-журнал «Ломоносов»; Aesthetics and the Philosophy of Art. The Analytic Tradition. Ed. By P. Lamarque, S. H. Olsen. Blackwell Publishing, 2006; Levinson J. The Pleasures of Aesthetics. Philosophical Issues. Cornell University Press, 1996.

7 Волкова E.B. Произведение искусства в мире художественной культуры. М„ 1988; Гуренко Е.Г. Проблемы художественной интерпретации (философский анализ). Новосибирск, 1982; Дмитриева Н.А. В поисках гармонии. Искусствоведческие работы разных лет. М„ 2009; Дмитриева Н.А. Послание Чехова М.,2007; Дмитриева П. А. Опыты самопознания // Образ человека и индивидуальность художника в западном искусстве XX века М., 1984; Дмитриева Н.А. Изображение и слово. М., 1962; Дмитриева Н А. О прекрасном. М., 1960; Кузнецова И.Д. Опыты интерпретации. М., 2000; Кузнецова И.Д. Эстетические аспекты интерпретации художественных произведений. М., 1980; Сергеев Е.А. Перевод с оригинала: телеэкранизации русской литературной классики. М„ 1980; Стуиин С.С. Феномен открытой формы в искусстве XX века. Автореф. на соиск. уч ет, к.ф.н. М„ 2008.

и определяются его основные характеристики8. В работе диссертации используется опыт литературоведения, театроведения и киноведения, привлекаются работы, в которых синтезируются проблемы осмысления классического литературного наследия9.

В эстетическом анализе художественной интерпретации литературных произведений диссертант уделяет внимание исследованиям, посвящённым структуре литературного произведения, его архитектонике, художественно-формальным и языковым особенностям.

В качестве конкретного материала в работе широко используется современная художественная практика обращения к классическому литературному наследию (театральные спектакли, кино- и телефильмы, музыкальные интерпретации). Автор диссертации прежде всего опирается на сами классические литературные произведения, а также на эстетические идеи (размышления, высказывания) классиков литературы, которые способствовали определению эстетических координат анализа современных художественных интерпретаций классической литературы.

Цель и задачи исследования.

Автор диссертаций ставит перед собой цель провести эстетический анализ жизни классического литературного текста в современной

8 Сент-Бев Ш. Что такое классик? // Сент-Бев Ш. Литературные портреты. Критические очерки. М., 1970; Винкелшан И. И. История искусств древности. Малые сочинения. СПб., 2000; Шлегсль Ф. Эстетика. Философия. Критика. В 2т. М., 1983; Гор В. Классическое в неклассическую эпоху. М, 2010; Завязкин В.Е. Классическое в иеклассическую эпоху. Автореф. на соиек. уч. ст. к.ф.н. М., 2007.

5 Потебня A.A. Эстетика и поэтика. М., 1976; Виноградов И.И. Духовные искания русской литературы. М., 2005; Степанян К.С. Явление и диалог в романах Ф.М. Достоевского. СПБ., 2010; Бердников Г.П. Избранные работы. В 2 т. М., 1986; Благой Д.Д. Творческий путь Пушкина М„ 1967; Тынянов Ю.Н. Пушкин и его современники. М„ 1969; Тьпинов Ю.Н. Поэтика. История литературы. Кино. М., 1977; Берковский Н.Я. Литература и театр. М., 1969; Берковский Н.Я. О мировом значении русской литературы. Л., 1975; Берковский Н.Я. Мир, созданный литературой. М., 1989; Кузичева А.П. А.П. Чехов в русской театральной критике. М., 1999; Зоркая Н.М. Кино. Театр. Литература. Опыт системного анализа. М„ 2010; Сэпман И.В. Кино и поэзия. СПб., 1994; Вартанов A.C. Образы литературы в графике и кино. М, 1961; Гончарова Н.Г. Ф.М. Достоевский в зеркалах графики и критики (1848-1998). М., 2005; Михайлова М.В. Эстетика молчания. СПб., 2009; Михайлова М.В. Классический текст как проблема современности // Mixtura vetboram' 2009; боли нашего времени: ежегодник. Самара, 2009.

6

художественной практике, учитывая сложный и многозначный характер как самого феномена классической литературы, так и условий его существования в контексте драматических процессов развития современной культуры. Рассмотрение этой проблемы осуществляется путем обращения к конкретному материалу - художественной интерпретации русской литературной классики.

Настоящая цель достигается с помощью постановки и решеиия более конкретных задач:

- представить историю герменевтики в основных, имеющих значение для предмета исследования вехах;

- рассмотреть основные характеристики классики, классического текста в их историко-эстетической динамике;

- показать специфику классического текста как источник активного творческого осмысления в его художественной интерпретации;

раскрыть особенности художественной интерпретации литературной классики как понимания, истолкования, передачи её глубинных смыслов в иной художественной форме;

- выявить и проанализировать специфику художественной интерпретации русской классической литературы на конкретном материале современной художественной практики.

Объектом исследования в данной работе выступает проблема интерпретации в ее теоретическом развитии и проблема классического текста.

Предметом исследования является рассмотрение эстетических проблем интерпретации классической литературы в современном художественном процессе.

Методологическая основа исследования.

Многосоставность проблемы художественной интерпретации классического литературного произведения предполагает комплексный характер изучения данного феномена.

Автор диссертации опирается на методы анализа, разработанные современной герменевтической эстетикой. Методологическим основанием послужили исследования, посвященпые проблемам теоретической интерпретации текста и художественной интерпретации.

Поскольку в диссертации проблема художественной интерпретации представлена в широком философско-эстетическом контексте, для формирования теоретико-методологической базы важное значение имели общефилософские и философско-эстетические исследования.

Положения, выносимые на защиту:

- художественная интерпретация есть когнитивное творчество, в котором связаны понимание и объяснение, взаимодействующие с личным опытом истолкователя;

- при переводе литературного текста на язык других видов искусства решающую роль исполняет язык образов, специфический для каждого вида искусства и общий для искусства в целом;

- одним из художественных феноменов, расширяющих возможное поле художественной интерпретации, является символ. Это особенно актуально для трактовки многозначного классического текста, в частности, для полифонического романа Ф. М. Достоевского;

- в эпоху изменения парадигмы художественного мышления классическое искусство и литература сохраняются в культуре как важный эстетический и смыслообразующий фактор;

- специфика художественной интерпретации русской классической литературы связана с ее сущностными особенностями - многозначностью смыслов, онтологической глубиной трактовки человека и мира, нравственным пафосом, исповедальностью - и необходимостью их преломления в современных художественных формах.

Новизна исследования.

Научная новизна диссертационного исследования видится автором в следующем:

проведён философско-эстетический анализ современных художественных опытов интерпретации классического наследия;

- обозначены новые аспекты жизни классического искусства в неклассическом художественном пространстве;

- литературная классика в современном художественном процессе представлена с точки зрения общей теории герменевтики и теории художественной интерпретации;

- на основе герменевтической методологии понимания и интерпретации текста предложены подходы для философско-эстетичеекого обоснования художественной значимости опытов переноса классической литературы в другие виды искусства;

- выявлены и рассмотрены эстетические особенности интерпретации русской классической литературы в контексте современной художественной практики;

- на конкретном материале (театральные спектакли, кинематограф, телевизионные постановки) показана специфика передачи смысла классического литературного произведения в различных видах художественной интерпретации.

Научпо-практическая значимость исследования.

Проведенный в работе анализ расширяет возможности дальнейшего углубленного исследования современного искусства. Обобщённые в диссертации материалы, основные положения и результаты могут быть использованы при разработке учебных курсов по эстетике, спецкурсов по проблемам художественной интерпретации, при чтении лекций.

Апробация результатов исследования. Основные положения диссертации нашли отражение в научных публикациях и докладе автора на IV Овсянниковской международной эстетической конференции «Границы современной эстетики и новые стратегии интерпретации искусства» (Москва, МГУ, 23-24 ноября 2010 года). Диссертация

обсуждалась на заседании кафедры эстетики философского факультета МГУ имени М. В. Ломоносова и рекомендована к защите.

Структура диссертации обусловлена целью исследования и необходимостью выполнения вытекающих из нес более конкретных задач. Диссертационная работа состоит из введения, двух глав, заключения и списка литературы.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ ДИССЕРТАЦИИ

Во Введении обосновываются актуальность и новизна избранной темы, выявляется степень ее разработанности в научной литературе, описываются объект и предмет исследования, определяются его основные цели и задачи, а также основные методологические установки, которыми автор руководствуется при анализе изучаемой им проблематики.

Первая глава - «йсторико-теоретические аспекты проблемы интерпретации литературной классики» - посвящена рассмотрению исторического аспекта теории интерпретации, представленной основными концепциями и понятиями, а также трактовке понятия классического.

В первом параграфе - «Проблема интерпретации. Исторический вектор» - рассматриваются узловые моменты исторической динамики концепций герменевтики. Необходимость выявления «генетических истоков» этой проблемы предполагает обращение к истории интерпретации текста и возникающим в связи с этим вопросам понимания, диалога, контекста, традиции. Этим обусловлен предпринятый в работе экскурс в историю герменевтики.

Начиная с христианства, герменевтика была призвана, постигая смысл, толковать канонические тексты, стремясь проникнуть в их глубинный смысл. Систематизатором ее выступил Аврелий Августин, который создал систему толкования, основанную на понимании и объяснении текста, исходя из контекста создания, выделил в ней фигуру интерпретатора как человека не только благочестивого, но и образованного.

Новый этап истории герменевтики связан с именем Матиуса Флация Иллирийского. «Упразднив» церковный авторитет, Флаций обозначает роль читателя. Отныне любой верующий читатель мог читать Библию и истолковывать ее, сообразуясь, конечно, с определенными нормами и правилами, которые были разработаны Флацием и представлены в его «С1аУ1я вспрШгае васгае». Система истолкования Флация нормативна, и «нормативность правил распространяется и на искусство интерпретатора, и на сам текст»10.

Данные правила (герменевтический круг, контекстуальный подход) можно было применить и к светской, художественной литературе. Этот поворот осуществил Ф. Шлейермахер. Центральной в его герменевтике становится фигура автора и принцип конгениальности - понять автора лучше, чем он сам понимал себя. Принцип понимания несет психологическую окраску, исходит «из души говорящего», его способа мышления и чувствования. При этом исследователь должен одинаково владеть объективным фактором - языком автора, и ему должен быть подвластен субъективный фактор - знание контекста работы над произведением, внешней и внутренней жизни автора. Можно сказать, что тем самым Ф. Шлейермахер выявляет принцип диалогичности, который позже будет разработан как метод гуманитарных наук М.М. Бахтиным.

Указывая на то, что полнота диалогических отношений между автором и персонажем невозможна по причине их ограниченности самим автором, Бахтин, тем не менее, подчеркивает, что их плоскости могут пересекаться. Диалогические отношения, возможны не только внутри произведения или языковой системы, между автором и героями, они существуют между автором и другим, находящимся вне произведения.

10 См.: Филиппов С.М. Трансформации герменевтики: от богословской экзегезы к герменевтике музыки // Методы, понятия и коммуникации в современном эстетическом дискурсе. Сборник научных докладов III Овсяшшковской международной эстетической конференции. М., 2008. С. 476.

Литературное произведение нельзя замыкать только в эпохе его создания, в его современности, как то было у Ф. Шлейермахера.

Против подобного контекстуального толкования выступает Г. Шпет. Отделяя контекст понимания от произведения, он высказывается и против психолого-эмоционального толкования текста. Называя эмоциональное восприятие «пониманием без понимания», Г. Шпет замечает, что эмоциональное приближение к смыслу слова, сопровождает смысл и предшествует пониманию.

Настаивая на объективности текста (слова, высказывания, языка), в том числе и литературного, Г. Шпет отмечает «чрезмерное давление эмпирии и психологии»11, в результате которого возникает изначально неправильная ситуация выбора между внешними условиями создания (среда, социальные условия, общий контекст) и внутренней структурой текста при его истолковании. Контекст создания текста, психология автора влияют на его смысл, учитываются как условия понимания, однако не являются решающими, каковыми действительно были в силу несовершенства герменевтического инструментария.

Произведение искусства, согласно Г. Шпету, созданный им идеал (образ) конструктивен, и подчиняется не эмоции, иначе говоря, субъективности, но конститутивному руководству своей внутренней художественно-поэтической формы, заключающейся в законах образования поэтической речи. Соответственно, анализировать необходимо не впечатление, производимое поэзией, а строение поэтического слова. Поэзия, как и наука, объективна, и основа ее - в языке. Такие обнаружения культурного сознания, как искусство, наука, право и т.д. - модификации и формы единого культурного сознания, имеющие в языке архетип и начало. Отсюда связь слов есть также слово, высказывание, следовательно, речь, книга, литература, язык всего мира, вся культура - слово. Философия языка в этом смысле есть принципиальная основа философии культуры.

11 Шпет Г.Г. Внутренняя форма слова. Этюды и вариации на темы Гумбольдта. М., 2006. С.46.

Исходя из этого общего основания, М.Бахтин и Г.Шпет оказываются на разных позициях. Понимание словесности культуры характерно и для Бахтина, однако он настаивает на глубокой роли оценки в культуре, так как именно благодаря ей происходит «перемещение данного слова из одного ценностного контекста в другой»12.

В диссертации отмечается, что У. Эко, в своем роде, развивая мысль Бахтина, указывает, что автор, создавая произведение, желает, чтобы оно было постигнуто и воспринято так, как он его создал. Тем не менее, между читателем и произведением возникает своеобразный разговор, поскольку в ситуации восприятия любой человек привносит в этот процесс конкретную экзистенциальную ситуацию, определенную культуру, вкусы, склонности, личные предубеждения, и, таким образом, постижение изначальной формы совершается в определенной индивидуальной перспективе.13

Согласно теории открытого произведения У. Эко, произведение искусства представляет собой некий объект, созданный автором, который организует смысловое содержание произведения так, чтобы любой человек, его воспринимающий, мог вновь постичь само произведение, его изначальную форму, задуманную автором. Автор создает законченную в себе самой форму, желая, чтобы она была постигнута и воспринята так, как он ее создал. Тем не менее, между читателем и произведением возникает своеобразный разговор, поскольку в ситуации восприятия любой человек привносит в этот процесс конкретную экзистенциальную ситуацию, определенную культуру, вкусы, склонности, личные предубеждения, и, таким образом, постижение изначальной формы совершается в определенной индивидуальной перспективе. Любое произведение искусства требует ответа на него, потому что его нельзя по-настоящему понять, если истолкователь, объединяясь с автором в процессе постижения произведения искусства, не открывает его заново.

12 Волошинов В.Н. Марксизм и философия языка. Л., 1929. С. 126.

13 См.: Эко У. Открытое произведение. СПб., 2004.

13

Это созвучно идее Г.Г. Гадамера, который, трактуя вслед за Хайдеггером феномен понимания как способ человеческого бытия, представляет герменевтику как исследование условий, при которых возможно понимание. Для художественного текста, ставшего «основой» герменевтики XX века, это приобрело особенное значение.

Второй параграф - «Основные характеристики классики и классической литературы» - посвящен проблеме становления статуса классики и классической литературы и уяснению их сущностных характеристик.

Проблема классики как авторитетности ведет истоки с античности14. Уже в античности сформировалось понятие классика как авторитета, а его творений как авторитетных.

Влияние античности, распространившееся на последующие эпохи, способствовало не только появлению характеристики классики как образцовости, а классика как «ценного и выдающегося» писателя, но и тому, что именно период античности считался таховым. Однако впоследствии (это отражено в определении Ш. Сент-Бева) наряду с таким действующим по сей день подходом зарождается понимание классики как вневременной, сверхисторической ценности (Г.Г. Гадамер).

Отход от трактовки античности как единого возможного образца способствовал тому, что к классикам причислялись теперь близкие по времени писатели (Сент-Бев упоминает Корнеля и Мольера), а также современники (Шлегель называет классиком Георга Форстера).

Однако, и в наше время дистанцированность произведения, как признак его «классичности» принимается как нечто само собой разумеющееся, хотя не всегда этот признак является обязательным, во всяком случае, однозначным дам получения статуса классического15,

14 Сент-Бев Ш. Что такое классик? // Сент-Бев Ш. Литературные портреты. Критические очерки. М., 1970. С. 310.

15 См.: Гор В. Классическое в неклассическую эпоху. Эстетические аспекты модификации языка изобразительного искусства. М., 2010.

В качестве одного из признаков классичности в диссертационной работе отмечается нормативность. Связанный исторически с авторитетом и каноном, тем не менее, этот признак не понимается как догматически закрытая традиция, которой подчиняются последующие поколения творцов. Скорее нормативность приобретает характер интертекстуального диалога между новыми и «древними» авторами, уже заслужившими свой авторитет. Можно сказать, нормативность классики задает ценностные ориентиры творчества и раскрывает «горизонт возможностей законного продолжения».

При этом классическое произведение ненасильственно и статус свой получает не в результате «назначения», но потому, что в нем есть то, что позволяет оставаться актуальным и интересным для многих поколений читателей, а не только своих современников. Так, A.C. Пушкин, синтезируя в себе все достижения изящной литературы его предшественников, стал, по существу, «всеобщим художественным принципом», так как создал такие художественные образы, которые, максимально выразии дух своего времени, имеют вневременное значение.

В аспекте темы диссертационной работы представлялось важным выделить такой признак классичности как целостность. В данном случае речь идёт не только о гармонической целостности содержания и формы классического произведения (Достоевский называет это «согласием» идеи и формы, в которую она воплощена), но и о его включённости в традицию. При этом традиция понимается и как момент устойчивости, преемственности, и как широкий контекст влияний, выступающий условием полноты и богатства развития классического искусства.

В работе обращается внимание на проблему читателя в связи с определением классического. Именно интуиция образованного читателя способствует признанию произведения классическим, авторитетным, образцовым. Вернее будет отметить, что двунаправленный интерес, диалог друг с другом читателя и произведения делают такое признание

актуальным. Однако такой диалог возможен при отношении к литературному тексту как живому организму, когда диалог приобретет характер общения.

В диссертации отмечается, что в современной художественной практике принципы и характеристики классики переосмысливаются в контексте соотношения классического и неклассического в современной художественной культуре.

Во второй главе - «Литературная классика в современном культурно-эстетическом пространстве» - ставится задача рассмотреть жизнь классического литературного произведения в современном художественном контексте в ракурсе проблем понимания, объяснения, истолкования, актуальной значимости художественной интерпретации литературной классики.

Параграф первый - «Текст художественного произведения (понимание и истолкование)» - обращен к основе художественной интерпретации - тексту.

В связи с тем, что любая художественная интерпретация является «нарушением» первоначального текста, возникает проблема адекватности и аутентичности, допустимой степени свободы в создании художественной интерпретации. Это связано с пониманием и объяснением текста.

В процессе когнитивного постижения текста объяснение тесно переплетено с пониманием. Объяснение как «раскрытие сущности объекта», отвечая на вопросы - «почему форма произведения такова?», «каков замысел произведения?», устанавливает связь данного объекта с другими объектами (в данном случае, текстами) в историческом развитии.

Объяснение становится необходимым элементом, частью адекватного анализа произведения, для которого недостаточно уделить внимание поверхностному смыслу. При «столкновении» со скрытым смыслом читатель (и интерпретатор) домысливает текст, тем самым интерпретируя его, Такая «доработка» текста со стороны читателя - необходимый

элемент, определённый этап в процессе понимания текста. Этот прагматический момент жизни текста - необходимый механизм работы текста, так как его трансформация в историческом изменении культурного контекста и в сознании читателя - объективный фактор, свойство природы текста, раскрытие его сущности.16 Неизбежность внесения нового, художественного «искажения» объясняется не только временно-пространственной удаленностью, дистанцией (Ф.Шлейермахер), но и тем, что читатель «восстанавливает» процесс создания произведения от зафиксированного письменного текста до его замысла; в случае с классическим текстом - до мировидения автора. Реальный читатель, в противоположность «идеальному» шлейермахеровскому читателю, меняется с контекстом времени, ему приходится совершать трудный путь интеллектуального и контекстуального преодоления, чтобы приблизиться к адекватному пониманию текста.

Понимание текста проходит в диалоге меэвду самим текстом (за которым стоит фигура автора) и читателем. В постижении искусства особенную роль играет его восприятие, в случае с текстом высокого уровня, предстающим как эстетический объект, - переживание. Переживание делает объект познания родственным реципиенту, нивелируя гносеологическую дистанцию между познающим и эстетическим объектом. При этом интенция переживания исходит как от читателя, так и от самого эстетического объекта, поскольку объект искусства выступает не только как отдельное живое и самостоятельное существо, но и воспринимается как «созданное сверхкачественной творческой силой» (Н.О. Лосский).

В художественной интерпретации диалог разворачивается в новом качестве - интерпретатор выступает сам в роли читателя, создает свое авторское понимание (видение) первоисточника, которое воспринимает и понимает другой читатель или зритель. Подлинное понимание художественного произведения в полной мере живет в сотворчестве с

16 См.: Лотман Ю.М. Текст в тексте П Чему учатся люди. Статьи и заметки. М., 2010. С.317.

Другим, воспринимающим и переживающим его сначала как произведение автора-интерпретатора, а позже, как творение своей собственной личности, своей субъективности. В этой связи в диссертационной работе уделяется внимание созданию телебиографий писателей-классиков («Достоевский» В.Хотиненко, «Три женщины Достоевского» Е.Ташкова, «Гоголь. Ближайший» Н.Бондарчук).

На примере конкретных художественных интерпретаций («Евгений Онегин» Дм.Чернякова, «Борис Годунов» А.Сокурова, «Анна Каренина» А.Зархи) в диссертации показываются особенности обращения с классическим художественным текстом в современной художественной практике: поиск соответствия эпической формы драматической, внимание к контексту, стилистике и языку эпохи создания текста, раскрытие многоуровневости классического произведения.

Во втором параграфе - «Эстетические особенности художественной интерпретации русской классической литературы» - выявляются и рассматриваются особенности переноса произведений русских писателей в конкретные формы иных видов искусства.

В диссертации отмечается, что в процессе работы над классическим произведением, основываясь на первоисточнике, и, стремясь раскрыть и донести его смысл до читателя или зрителя, интерпретатор попадает в сложную ситуацию - ситуацию вторичности. В то же время, сам художественный текст, являясь генератором смыслов (Ю.М. Лотман), содержит в себе потенцию их переосмысления в новой форме. В современной культурно-эстетической практике самые разнообразные «вторичные» формы художественного осмысления и переосмысления многообразно представлены в кинематографе, театре, на телевидении.

В этом плане возникает проблема адекватности интерпретации, или проблема соответствия. Касаясь этой проблемы, А. Тарковский отмечал, что, чем лучше писатель, тем труднее («невозможнее») он для постановки. В то же время, «кинопроизведение не может быть иллюстрацией

литературного сочинения, оно неизбежно явится созданием чужеродной

для литературы художественной образности»17. Этой же сложной

проблемы касается Г.Козинцев, отмечая, что суть заключается в том, чтобы

«не перенести (в целости)» литературное произведение, а «продолжить

18

жизнь в другом времени, в другом духовном мире» .

В диссертационной работе рассматриваются различные художественные интерпретации произведений русских писателей, проводится их анализ, выявляются и анализируются эстетические особенности современной интерпретации русской литературной классики. При этом автор исходит из того, что рассматривать и оценивать эти многообразные опыты необходимо, исходя из особенностей самой русской классической литературы.

Одной из таких особенностей русской классики является стремление к изображению предельной глубины бытия и человека, а отсюда -взаимоотношения мир-человек и человек-мир,

В работе показывается, что в современных интерпретациях есть попытки «схватывания» этой сущностной особенности русской литературы. Так, в студийном спектакле С.Женовача «Мальчики» (по роману Ф.М. Достоевского «Братья Карамазовы») своеобразным «отдельным» антропокосмосом (как и в романе) являются мальчики, их сообщество, несущее совсем не детскую и не утопическую нагрузку; в то же время, это мир «пластичный», еще способный (что невозможно для «взрослых») под чутким, добрым воспитующим влиянием сделаться добрым и гармоничным сообществом. «Маленькая детская Церковь» несет здесь глубоко нравственную символическую нагрузку, которую стремился представить на сцене режиссер спектакля.

При переносе романной формы, в случае с Достоевским, -полифонии (не только как формы, но и специфического художественного

17 Тарковский А.А. Лекции по кинорежиссуре: Сценарий // Уроки режиссуры. М., 1993.С.19-20.

18 Козинцев Г.М. Время и совесть. М.-Л., 1981. С. 139.

19

мышления) - возникает проблема однолинейности переноса. Однако при осуществлении некоторых постановок («Нелепая поэмка» К. Гинкаса), через обращение к одной линии, «одному миру» удается передать макромир романа. Подобным стремлением продиктованы и ставшие в последнее время популярными сериальные трактовки романов Ф.М. Достоевского. Стремление трансформировать текст романа в сериал, как правило, обусловлено тем, что эта художественная форма позволяет ухватить все смысловые линии произведения, В свое время Лев Кулиджанов сожалел о том, что не стал делать «Преступление и наказание» для телевидения, считая, что в многосерийности есть какое-то «веление времени».

Время «диктует» не только многосерийность прочтения. Современное обращение к классическому наследию даёт основание говорить об изменении восприятия классического искусства. Классическая форма становится ретранслятором если не без-образного, то «энергии непредставимого» (Е.Ю. Андреева). В интерпретациях это находит свое отражение. Особенную роль в таких трактовках играет экспрессивная окраска литературной формы произведения, эмоциональная энергетика, которую стремится передать постановщик (примером тому может служить спектакль «Идиот» Э. Някрошюса).

В такие «эмоциональные тона» окрашены и спектакли-импровизации (в частности, «Настасья Филипповна» В. Долгачева). В каждом таком представлении актеры могут, опираясь на разные фрагменты романа, представить свою интерпретацию произведения, а именно разгадку «тайны» Настасьи Филипповны. Единичность опыта импровизации каждого спектакля, создаваемого актерами, делает игру индивидуальным эстетическим опытом и представляет собой попытку сочетания в творческом процессе элементов импровизации с доверительностью, искренностью передачи зрителю собственной трактовки.

Современная культурная ситуация отличается предельной степенью свободы обращения с классическим текстом. Некоторые трактовки можно рассматривать как выражение открытой тенденциозности режиссерской установки, когда появляется спектакль-манифест (отчасти «Нелепая поэмка» К.Гинкаса), в том числе, манифест политический (спектакль «Бесы» А.Вайды и др.). В работе отмечается также тенденция своеобразной «игры» с классикой, которая проявляется в радикальной инновационное™, эпатажности («Сердце не камень», театр под руководством Джигарханяна, оперы «Евгений Онегин», «Руслан и Людмила» Дм. Чериякова), превращении всего действия в режиссерский жест («Чайка» в театре Сатирикон) и др. Наряду с этим в диссертации рассматривается и «классическая» линия интерпретации.

Таким образом, можно говорить о несомненной вариативности и многообразии интерпретаций русской классической литературы. Некоторые из них становятся своего рода испытанием для эстетического опыта зрителя. В то же время наиболее художественно значимые интерпретации отличаются повышенным пиететом к оригинальному тексту, стремлением постичь и раскрыть глубинное, вневременное значение классики средствами современной выразительности, психоэмоционально, чувственно и интеллектуально соотнести ее художественный строй с эстетическим сознанием современного человека.

В третьем параграфе - «Художественная интерпретация как искусство передачи смыслов классического литературного произведения» -рассматривается важнейший вопрос, касающийся смысловой значимости произведений писателей-классиков, возможностей и способов её передачи в современных художественных формах.

Обращение к художественному прочтению литературной классики имеет свою историю. В каждый новый исторический период различные виды искусства пытаются своими средствами «преобразить», представить литературу, понимание ее смыслов своими средствами, своим языком.

Традиционное место здесь занимает театр, (драматический и музыкальный), однако кинематограф и телевидение сегодня имеют огромные возможности по степени широты и массовости обращения к современному зрителю.

В работе на конкретном художественном материале показывается, что, несмотря на различия в способах передачи литературы (экранизации, театральные инсценировки, музыкальные и другие интерпретации), все виды художественного переноса невозможны вне учета общих законов художественного творчества. Таким общим законом можно назвать язык разных видов искусств - язык образов. Нередко образ исполняет роль интертекста, литературно однородного материала - что прослеживается в творчестве Чехова и Гоголя, Пушкина и Достоевского.

Представляется, что именно символический образ является тем элементом интертекстуальной связи (интертекстом), литературно однородным материалом, который прослеживается в великих русских классических произведениях. Символически-образная интертекстуальность обнаруживается и в различных интерпретациях, в частности, произведений Пушкина и Достоевского. Исследователями давно замечена тесная связь между «Пиковой дамой» и «Игроком». Существует такая контекстуальная взаимосвязь между «Пиковой дамой» и «Преступлением и наказанием» (К.Кроо). Можно сказать, что Раскольников, и не только он, образно говоря, «вышел» из шинели Германца. Эту мысль подтверждают общие контекстуальные мотивы спектакля «Пиковая дама» театра им. Е. Вахтангова.

Интертекстуальное прочтение двух классиков - Н.В. Гоголя и А.П. Чехова предлагается в постановке театра Российской армии «Зачем вы меня обижаете?». Режиссер Б. Морозов объединяет в образе «маленького» человека двух персонажей - Акакия Акакиевича из гоголевской «Шинели» и Ревунова-Караулова из «Свадьбы» А.П. Чехова, ставшего своеобразным художественным интертекстом. Идея маленького человека, получая в

данном спектакле «индивидуальное» воплощение, объединяет две стилистически и жанрово (интерпретация решена как трагифарс) отличающиеся части спектакля.

В работе показаны также возможности и смысловая значимость сопряжения изобразительного искусства и литературы. Так, обращается внимание на символическую значимость в творчестве русских писателей шедевров живописи (например, «Флора» и «Блудный сын» Рембрандта, «Христос во гробе» Гольбейна-мл. - в романах Л.Н. Толстого и Ф.М.Достоевского) и перенесение их в художественное интерпретационное пространство («Анна Каренина» А. Зархи, «Подросток» Е. Ташкова, «Идиот» В. Бортко). Можно сказать, что в этом случае использование языка изобразительного искусства, расширяющего возможности эстетического опыта писателя и его образного языка, находит свое творческое развитие в художественной интерпретации.

В этом параграфе художественная интерпретация рассматривается как искусство передачи смыслов литературной классики. Отмечается, что высокое владение специфическими средствами выражения, собственным художественным языком даёт художнику-интерпретатору широкие возможности для выявления глубинных смыслов литературного первоисточника и в то же время делает интерпретацию самостоятельным произведением искусства.

Здесь представлены не только уже ставшие традиционными формы обращения к классике, но и интересные художественные опыты такого сравнительно молодого искусства как анимация. На примере некоторых анимационных опытов («Сон смешного человека» А.Петрова) можно проследить, как визуализируется словесный образ, при этом художественное видение синтезируется с литературным началом, не подавляющим и при этом не растворяющимся в авторском замысле.

В контексте смысловой значимости рассматриваются музыкальные интерпретации литературных произведений, когда сотворчество

естественным образом продолжается в деятельности композитора, режиссёра-постановщика, дирижёра. Характерен в этом плане творческий опыт Б.Покровского, который в своём камерном театре поставил восемь спектаклей по произведениям Гоголя: «Нос», «Шинель», «Игроки», «Женитьба», «Коляска», «Сорочинская ярмарка», «Ревизор», «Черевички» (уникальный случай в истории музыкальных театров). Режиссер объяснял свою вдохновлённость Гоголем не только любовью к произведениям писателя, но тем, что его увлекали «поиски смысла» в творчестве Гоголя, основу которого составляли духовные, нравственные и эстетические искания.

Такие искания, составляющие глубинную особенность русской классической литературы в целом, дают основание рассматривать проблему художественной интерпретации (при всей её сложности и многоаспектности) в тесной связи с проблемой моральной и эстетической ответственности перед классическим произведением и автором, его создавшим, О такой ответственности писал М.Бахтин, возражая «дерзко-самоуверенному искусству» и призывая к «единству ответственности». Эта ответственность не противоречит творческой свободе художника (интерпретатора), его стремлению представить классическое литературное произведение в собственном, оригинальном истолковании и одновременно раскрыть значимость столь важных для нашего времени эстетических и нравственных смыслов, актуализировать их ценностный потенциал, приобщая современного зрителя к высокой культуре и высокому искусству.

В Заключении подводятся итоги и формулируются общие выводы диссертационного исследования.

Основные положения и результаты диссертационного исследования отражены в следующих публикациях;

Статьи, опубликованные в реферируемых журналах, рекомендованных ВАК Министерства образования и науки РФ для публикаций основных результатов докторских (кандидатских) диссертаций:

1. Топорина Е.А. О некоторых особенностях передачи русской литературной классики в кино- и театральных образах // Философия и культура. - М., 2011. №9. СЛ64-172. - 0,6 п.л.

Публикации по теме диссертации в других изданиях:

2. Топорина Е.А. Проблема художественной интерпретации произведений Ф.М. Достоевского // Материалы докладов XVI Международной конференции студентов, аспирантов и молодых ученых «Ломоносов» / Отв. ред. И.А. Алешковский, П.Н. Костылев, А.И. Андреев. [Электронный ресурс] — М., 2009. - 0,1 п.л.

3. Топорина Е.А. Русская классическая литература в современной художественной интерпретации // Границы современной эстетики и новые стратегии интерпретации искусства. Сборник научных докладов IV Овсянниковской международной эстетической конференции. - М., 2010. С. 160-163.-0,4 п.л.

4. Топорина Е.А. Полифония Ф.М. Достоевского в контексте современной кино- и театральной практики // Философские опыты. Вып. 2. Человек. Общество. История. - М„ 2009. С. 276-278. - 0,7 п.л.

Подписано в печать:

20.01.2012

Заказ № 6532 Тираж - 100 экз. Печать трафаретная. Типография «11-й ФОРМАТ» ИНН 7726330900 115230, Москва, Варшавское ш., 36 (499) 788-78-56 www.autoreferat.ru

Поделиться с друзьями: